Солнышко мое

03 Mar 2009 - 08:54

«Нет, ты только посмотри, как сейчас делают. Я еще и месяца не проносил, а уже отклеились, потрескались, - жаловался Михаил другу на свои туфли, - В магазине увидел, сразу понял: то, что надо. Красивые, удобные, стильные. А теперь даже шнурки и те обтрепались. Обул то пару раз, в клуб сходить, ну, к Светке своей на свидание, к Ленке. И все».

Туфли и правда были ничего. Черные лакированные с зауженными носками и аккуратной шнуровкой. Лучше просто не найти. Как говорят, предел совершенства. Но Артему, слушавшему жалобы Мишки, если откровенно, не было до них никакого дела. Мысленно он давно был дома, где поджидало удобное кресло, телевизор, вкусный горячий ужин и любимая жена Юля, с которой вместе уже десять лет.
Свадьбу сыграли сразу после школы. В юношеском азарте летели студенческие годы. Полным светлой наивности кажется теперь первое время работы после института. Сколько всего было. Шумные общежития, холодные съемные углы... Главное, что всегда молодые люди были вместе. Юльке бесконечно завидовали подруги, которым ее скромное житье казалось настоящим раем. Друзья винили Артема будто он, и без того не особенно общительный, теперь стал настоящим затворником. Как было объяснит недоумевающим товарищам значение простого, тихого семейного счастья. Да и зачем кому бы то ни было что-то доказывать.
Сейчас Артему, как главному инженеру хозяйства, построили большой светлый дом – символ их с Юлей семейного спокойствия, любви и надежды… Надежды на то, что кто-то звонким голоском скажет: «Пап, почитай на ночь книжку…» А затем : «Меня мальчишки в школе опять за косички дергали. Не больно, но обидно.»
Артем уже столько лет мечтал о дочке, хотя безумно рад был бы и сыну. Просто очень любил жену и хотел, чтобы в доме появилось еще одно, маленькое, солнышко с такими же небесно-голубыми глазами, вздернутым носиком, пушистыми, цвета спелого ржаного колоса волосами.
Мужчина думал о новом будущем каждый день, но не мог разобраться, что чувствовал при этом: умиление, огорчение, трепет, злобу? Прорастала какая – то глухая черная безнадежность, грозившая заполнить собой сознание, слизать все краски, все мечты. Да и Юля в последнее время стала очень печальной, раздражительной, молчаливой. Ожидаемые ранее семейные ужины начинали пугать своей напряженностью, скомканностью. Поэтому Мишкины жалобы на туфли в какой то степени помогли, став предметом обсуждения за столом.
-Да, обувь сейчас никуда не годиться…Мишка то сам как? Не женился? Пусть приходит в гости,- чтобы поддержать беседу сказала Юля.
- Нет. Он только отшучивается: найду как твоя жена , сразу женюсь. Ему и так хорошо. Девушек немеренно. Такому мужчине трудно распрощаться со своей свободой. Наградила же природа человека и умом, и деловой смекалкой, и внешностью. Ему бы шашка, а усы и кудри черные уже есть. Казак. Настоящий казак. По-моему его предки родом с Кубани…
- Пустозвон он, - как-то резко оборвала Юлька мужа, встав из-за стола.
- Напрасно ты так. Хороший мужик,- обиделся за друга Артем,- Кстати, хотел его послать как механика, в командировку, а придется самому ехать. Кое- какие документы нужно подписать…
Гостиницы, переговоры, встречи. Как хорошо, что все кончается. Скорее бы домой. На расстоянии чувствуешь сильнее. Душа словно связана с домом тонкими невидимыми струнами. При разлуке эти жилки растягиваются, становясь все тоньше. От этого и звучат любые ноты переживаний трепетней , мелодичней. Пожертвовав заманчивым предложением «отметить это дело», дабы сделать любимой сюрприз, Артем на день раньше вернулся из командировки. «Вот обрадуется!»- восторженно думал мужчина, глядя из окна машины на погруженное в сон ночное село. Все кажется родным, давно знакомым, пройденным и извед анным. Новый поворот узкой пыльной дороги не несет никаких загадок. Еще пара метров и в свете фар виден буден их невысокий ровный заборчик. Вишни перед домом, встрепенувшись как разбуженные птахи, помашут ветвями и снова погрузятся в сон.
Тихо, чтобы не разбудить жену, Артем своим ключом открыл входную дверь, включил свет, наклонился снять ботинки и замер. В прихожей на половичке стояли черные лакированные туфли. «Зря Мишка так. Нормальные, хорошие,»- отметил он, тупо глядя на поблескивающие в свете ночника ботинки. И вдруг, осознав нелепость ситуации, не долго думая, бросил туфли в открытую форточку. Самый распространенный и самый банальный анекдот… «Я и этого мерзавца сейчас выброшу. То-то он все моей женой восхищается, зачастил с визитами. И Юлька хороша. Последнее время из депрессии не выходит. Влюбилась, значит… Пусть в гости приходит… Вот пришел. Сейчас будет его последнее путешествие. С этого света на тот. Убью». Ревность буквально душила. Обманутый муж с силой дернул закрытую дверь спальни. На кровати, прикрывшись клетчатым пледом, безмятежно спала Юлька. Артем в непонимании присел, мысли роем кружились в голове: « Где Мишка? Как сумел сбежать?. Окно в комнате не открывается, под кроватью пусто. Шкафа нет…»
Счастью Юли не было предела, когда утром на соседней подушке увидела белокурую голову мужа. На первое восклицание проснувшегося : «Где Мишка?» Она исчерпывающе ответила : «Поехал свататься в соседнее село». А на Юлькин вопрос, как Мишкины туфли, которые по его просьбе забрала из обувной мастерской , оказались в палисаднике, Артем развел руками и начал говорить что – то про полтергейст и волшебство, которое иногда происходит.
Причем сомневаться в чудесах действительно не стоит. Вот-вот да и случиться что-нибудь необычное.
Совсем скоро волшебные сказки молодой отец рассказывал своей маленькой Машеньке. Имя дочке Артем выбрал сам. Мужчина парил над землей от счастья. Дочь росла, становилась настоящей красавицей. Статная гордая. Волосы как крыло ворона. От взгляда жгучих глаз иногда и сам Артем не знал куда скрыться. На вопросы любопытствующих, в кого она у вас такая, с гордостью отвечал : «Моя порода!»
Иногда на душе становилось тревожно . Ведь жизнь – та же спираль. Растешь, движешься, поднимаешься, но каждый новый виток неминуемо заставляет пусть вскользь, но коснуться прошлого. Не причастен ли Мишка к координальным переменам в их семье?
Совместные ужины радуют и греют по-прежнему. Воркует в углу телевизор. Маша взахлеб повествуя о школьных новостях, вдруг прерывается, глядя на экран:
-Мам, глянь в новостях показывают руководителя соседнего сельхозпредприятия. Пробивной мужик, говорят, этот Михаил Михайлович. А красивый -то какой. Пап, не переключай. Пусть мама посмотрит, какой дядька клевый.»
-Артем, правда. Дай хоть по телевизору на Мишку посмотреть. Сто лет его не видела,- излишне эмоционально вступила в разговор жена.
-Что на него смотреть. По другому каналу сейчас погоду на завтра скажут.
Артем давно понял, куда лучше не разглядеть, чего – то, не заменить, не расслышать, чтобы самого себя не терзать сомнениями. Это не трусость. Это сила, великая сила любви.
А дед у Артема и правда был высокий, широкоплечий. Погиб на войне. Даже отец его совсем не помнил. Осталась только фотография. Хотя на черно-белом фото даже русые волосы кажутся темными. Да и дело вовсе не в цвете глаз и форме лица. Когда рядом любимый человек, забываются все на свете печали и тревоги. Артем вряд ли добился бы чего-нибудь без Юли. Мужчина не стал бы отличным отличным специалистом, отзывчивым человеком, заботливым отцом, оставшись одиноким в большом холодном мире. Жена казалась ласковым светом, маяком, избавляющим от опасных столкновений и мелей.
Юля не видела жизни без своего скромного любящего супруга. Постепенно он стал смыслом, теплом, согревающим каждый новый день, каждую прожитую минуту. Любые жертвы для своего любимого женщина восприняла бы словно награду. А свои чувства и масли конечно же каждый выражает или скрывает как может…
«Нет дедушка точно был брюнетом. Это в него Маша такая черноокая красавица… - в тысячный раз , радуясь или утешая себя повторял Артем одну и ту же фразу, - Наша кровь. Вылитый дед. Солнышко мое…»
Ольга Фролова

Распечатать другу

Комментарии


04 Mar : 15:18

gera

неплохо)))

Опрос


Начинается новый учебный год. Ваше отношение:


Ура! Учёба начинается!

Наконец-то встречусь с однокурсниками

Начало учебного года - обыкновенный день: ни радости, ни печали

Я совсем не отдохнул от прошлого учебного года, а тут всё сначала...

Учеба - это каторга!